Олег Кожемякин: я верю что мы там не зря

Источник и вдохновитель: газета Каховская Заря  |  Пока нет комментариев
Автор: sharkoster | 19-02-2015 | Каховское ополчение
 | 1202 просмотра

Олег Кожемякин, байкерский фестиваль ТачанкаОлег Кожемякин имеет прекрасную семью, работу (он – начальник производства на Каховском асфальтобетонном заводе), интересное хобби, кучу друзей и приятелей в Каховке. Казалось бы, никаких оснований, для того чтобы это все оставить и уйти в неизвестность... Да, все это так. Но уже 4 месяца он далеко от дома, солдат-доброволец Вооруженных сил Украины. А с 26 сентября в составе 28-й механизированной бригады служит в секторе «Б» зоны АТО, в 18 километрах от Донецкого аэропорта. И это – его первый отпуск с тех пор.

– Не хочу говорить громких слов, я тоже многого чего не понимаю в политике наших властей, в тактике и стратегии главнокомандования в этой странной гибридной войне. Но еще летом четко решил, что должен быть вместе с нашими воинами. Сначала присоединился к волонтерской работы совместно с общественными организациями «Каховське народне ополчення» та «Громадянська відповідальність». Но все время покоя не давала мысль о том, что там, на Востоке, ребята, часто молодые и менее опытные чем я, рискуют жизнью, а я тут в комфорте и безопасности. А эти комфорт и безопасность, как для меня и моей семьи, так и для всех жителей Украины, особенно нашего Юга (который, всем известно, сначала входил в безумны планы сепаратистов о так называемой «Новороссии»), полностью зависят от того, выстоит Украинская армия на пути последних, не пропустит распространения этой заразы на другую территорию моей страны... И хотя из-за проблем со зрением военнообязанным ни был, обратился в военкомат: нашлась соответствующая статья, по которой я получил право служить добровольцем.

– Как отреагировали родные на то, что Вы пошли в армию?

Олег Кожемякин: я верю что мы там не зря– Конечно, они боялись отпускать меня, ведь я не имел армейского опыта. А о том, что нахожусь в АТО, сказал им только в октябре – тянул несколько недель, ежедневно по телефону придумывал новые истории о месте прохождения службы, и, в конце концов, признался, ибо трудно находиться в двух реальностях одновременно... Им ничего не осталось как смириться. Родители вообще стали едва ли не настоящими военными стратегами: следят за новостями по телевидению, затем рассматривают все вышеназванные места событий на карте, пытаются овладеть Интернетом, которым до того, как я пошел на службу, не интересовались... Но я не хотел бы, чтобы они имели свободный доступ к Интернету... Новости из телевизора более «причесаны», если так можно сказать, более щадящие их нервную систему... В Интеренете много споров, много противоположных мнений и очень часто – ничем не украшена правда, пусть даже и о других частях или событиях, в которые не вовлечена наша бригада. Но это нанесет им много боли и переживаний. Всеже, несмотря на все страхи, сейчас я вижу полную поддержку со стороны родителей, жены, даже маленьких дочерей... Особенно ценю мнение отца, который, конечно, как человек, хорошо понимает, что такое война. Приятно чувствовать, что он считает сына защитником своего народа.

...Когда-то была у нас беседа о том, что некоторые из моих сослуживцев ломаются психологически, не собираются возвращаться к месту службы после отпуска, мол, обещанные 45 суток уже прошли. Очень приятно было услышать мне из папиных уст: «Надеюсь, что ты не из таких». Тем более, что давно для себя решил окончательно: после отпуска я вернусь к сослуживцам...

– Удается по-настоящему отдохнуть дома?

С побратимами– Странная вещь: пока я там, все время думаю о доме, о том, как там мои родные; стараюсь хотя бы утром и вечером позвонить им. Приехал на отдых, очень мечтал абстрагироваться от войны, но здесь постоянно думаю о тех ребятах, которые остались там, также звоню им утром и вечером... И невозможно забыть о войне, когда каждый встречаешься с друзьями, приятелями – и все хотят услышать о событиях от очевидца. Оно-то и рассказывать особо не о чем, считаю, что никакого геройства мы там не делаем – просто стоим, чтобы враг не прошел, и время от времени подвергаемся артобстрелам... И когда читаешь о количестве обстрелов за день от некоторых информационных агентств, задаешься вопросом: а они понимают, что обстрелы бывают разные? Один обстрел может длиться три минуты, а может и в течение нескольких часов. И мы уже заметили, что самый массированный, длинные и жестокие начинаются сразу после приезда в Донецкую очередного российского «гумконвою». Вряд ли это простым совпадением. Также несложно отличить, когда обстрел ведут не обученные местные боевики, а когда – военные специалисты. Последние целятся очень метко, снаряда не пролетают мимо нас и не вредят зданиям в деревне, а кто это делает – проплаченные наемники, «отпускники» «по зову сердца» или же регулярные российские войска – для нас нет большой разницы... А когда обстреливают так называемые «ополченцы» (хотя для меня этот термин звучит как кощунство), то они это делают, что называется, как попало, и тогда, действительно, нередко снаряды перелетают и попадают в здании местных жителей... Не раз бывало и так, что о предстоящем обстрел нас предупреждают: через проезжающих мимо гражданских шоферов, передавали записки даже российские военные, однажды «ополченцы» просили в ответ не разбивать их блокпост, ведь, по их словам, они сами не знали, кто совершил артобстрел, мол, приехали, постреляли и поехали в неизвестном направлении... Конечно, иногда нас предупреждают о предстоящем обстреле и местные жители, имеющие связи с «той стороной».

– А как в целом местные относятся к украинской армии?

– Что касается тех 30% жителей, с началом боевых действий не выехали из села, у которого мы дислоцируемся, то можно сказать, что мнения людей разделились около 50/50... Одни помогают нам: угощают домашними блюдами, приглашают попариться в бане, общаются, другие не хотят общаться, считают, что из-за того, что мы стоим у их села, оно подвергается обстрелам. Конечно, с одной стороны их можно понять и пожалеть... Есть такие бабушки, которые принимают помощь от нас, но в ответ вместо благодарности можно услышать: «Ну, когда вы уже отсюда уберетесь». И что тут поделаешь... Бывало и хуже – заметили мы, что один 70-летний пенсионер все время выглядывал из дома во время обстрелов. Позже выяснилось, что таким образом он корректировал огонь сепаратистов: смотрел, куда попал снаряд, а затем по телефону передавал левее или правее они стрелять...

Часто такое отношение к нам не удивительно, ведь сепаратистская пропаганда работает, как конвейер. Как по мне, то эта работа – достаточно «неуклюжая», и удивляешься, на какой уровень интеллекта она рассчитана. Но все же становимся свидетелями, что многие люди на нее «ведутся». Бывало, смотрим телевизор, который только в некоторых, и то слабо, принимает «1+1», а в основном – российские и местные каналы, вроде «Новороссии» (на которой, кстати, «царицей» светится бывшая каховчанка Катя Губарева, что теперь является рупором так называемого «гуманитарного конвоя «Новороссия»). Вокруг феномена «25-го кадра» до сих пор идут споры о том, существует он или нет. Но, на самом деле, нетрудно стать «зомби», если регулярно смотреть их местное телевидение. Обычно в течение дня по несколько раз повторяется одно и то же ролик (например, с картинкой разбитой украинской техники - что было еще летом, но этот ролик призван «убить» в сознание зрителя идею, что такое происходит и сейчас, постоянно). Фото или кадры событий в Грузии, Чечни, Сирии подаются как кадры страданий населения Донбасса... Или уже совсем вопиющий пример: пожалуй, нет такого человека, особенно, пользователей Интернета, которые за этот год не видели знакового фото окровавленных лиц отца и сына, избитых на Майдане «Беркутом». Так вот, донецкое телевидение демонстрирует это фото информации «наоборот»: что это, мол, дончане, пострадавшие от украинских карателей. Конечно, и армию нашу по телевидению иначе, как «карателями», не называют... Так что, действительно, ведется жестокая и беспринципная информационная война. Так же, как и с выдачей своих пайков: могут в одной передаче довольно долго транслировать картинку получения людьми продуктов или вещей, которые, как попугаи, повторяют одну и ту же фразу, например, как в случае с Катей Губарев: «Спасибо гуманитарному конвою «Новороссия»... Или что-то еще вроде того... Постоянно видеть одни и те же картинки и слушать однообразные фразы и остаться нормальной, думающей и анализирующей личностью, действительно, очень трудно...

В тему: "Люди боролись не зря, нас ждут перемены": история отца и сына, избитых на Институтской 18 февраля

– Бывало такое, когда в общении с местными украинским военным удавалось убедить кого-то в лживости «новороськои» пропаганды?

- Был случай, когда мы ездили за покупками в другой населенный пункт. Увидели группу людей под сельмаг, подойдя, поздоровались. Кто ответил на приветствие, кто отвернулся. Одна женщина не скрывала своего негативного отношения к нам. Мой товарищ, тоже из Херсонской области, и тоже крестьянин, повел с ней беседу в спокойном, аргументированном тоне. Выяснилось, что она родом из Ивано-Франковской области, но большую часть своей сознательной жизни провела на Донбассе. Интересы Путиным у нее аж в глазах темно. А мой товарищ поставил очень простой вопрос (кстати, такое, что интересовало нас всех от самого въезда на территорию Донецкой): «А почему у вас в селах большинство домов такие ветхие, покосившиеся (действительно, видели много таких, которые просто подпертые палками, чтоб не рухнули – и это не заброшенные, а такие, в которых живут, и в селах, не затронутых боевыми действиями) не беленые, окна не окрашены?» «Да война же...» – ответила женщина. Товарищ отвечает: «Да это же у вас не за последние полгода произошло, видно, что годами ничего не делалось. Как же вы говорите, что кормили всю Украину? А сами и в мирное время не ели, что ли?». Далее обратил ее внимание, что через село идет газовая труба немалого диаметра, а газ подведен только к нескольким господ – по пальцам можно пересчитать... «При том что в последние годы лидером страны был ваш земляк, то он бы в первую очередь должен был« озолотить» тот край, где получил наибольшую поддержку, откуда он получил такой блестящий старт, – добавил он. – И такое ваше мирную жизнь вы считаете лучшим вариантом стабильности?» ... «Контрольным выстрелом» стала демонстрация херсонцем на телефоне фотографий своего села, своего дома, двора ... При том, что парень также поведал, что и ему, как и большинству украинцев, просто жилось при прошлой власти, но он не ожидал, что государство должно полностью за него отвечать, как в советские времена, а всегда, будучи строителем, искал и находил пути для заработка и содержания своей семьи. В результате этой беседы женщина вполне серьезно сказала: «Слава Украине!». Хорошо бы, если бы такими стали не только слова, но и ощущения умеренной части местного населения.

Тем более жаль тех дончан, которые и весной, и сейчас не подверглись сепаратистской пропаганде, но вынуждены страдать от ужасов войны... Именно эти мысли заставляют понимать при всей закулисной политике, мы, простые солдаты, там сегодня находимся недаром – именно для того, чтобы война не распространялась, а не расползалась дальше на Запад и Юг. И мы выдержим столько, сколько нужно. А потом обязательно будем стротить мирную и честную страну. Я в это верю.

P.S. Пока верстался номер, Олег Кожемякин уже вернулся в зону АТО для продолжения службы. Пожелаем ему устойчивость и скорейшего возвращения домой здоровым и полным сил для осуществления задуманного в мирной жизни!

Ирина Сошникова Газета "Каховская Заря" 8 января 2015, ссылка в интернете (перевод с украинского мой)


загрузка...
  Голосов:  0  

Комментирование временно отключено. Нашли ошибку — выделите её и нажмите Ctrl+Enter.