Синдром ополченца

Источник и вдохновитель: Мария Эйсмонт | Snob.ru  |  Пока нет комментариев
Автор: sharkoster | 11-03-2015 | Документальный архив
 | 830 просмотров
Мария Эйсмонт съездила в Свердловскую область, где встретилась с Игорем Гребцовым, воевавшим на стороне украинских сепаратистов, и узнала, как он живет после возвращения из Донбасса в Россию, интервью было опубликовано на Snob 5 марта 2015. Видеоверсию репортажа я забрал на сайте телеканала «Дождь»

«Самооборона»

— А ты как назывался? — спрашивает бабушка.

— «Лето».

— «Лето»?

— Да, «Лето». Ну, как время года — «Лето». Под Мариуполем у меня был позывной «Лейтенант», но когда я перешел к Мотороле, то решил сократить. «Лейтенант» — это очень длинно и…

— Звучно? — предлагает бабушка.

— ...и пафосно.

— Да, — соглашается бабушка. — И лейтенант… К чему лейтенант? У тебя звездочка есть?

— У меня есть звездочки, даже дырки от них остались, но я их не ношу. Я в российской армии офицер, а в ДНР я — рядовой.

За 34 года своей жизни Игорь Гребцов — выпускник факультета политологии и социологии Уральского университета — успел поработать в газете «Коммерсант» и в газете «Жизнь», помощником депутата, пресс-секретарем мэра и консультантом Минобороны по вопросам взаимодействия со СМИ, поучаствовать в операции по присоединению Крыма, освоить противотанковый управляемый ракетный комплекс и подбить танк украинской армии на взлетной полосе Донецкого аэропорта. 3 декабря он был тяжело ранен, провел два месяца в больницах — сначала в Донецеке, потом на Урале — и вернулся домой, в город Лесной на севере Свердловской области.

Мы сидим в гостях у его 82-летней бабушки, Нины Васильевны, и Игорь как раз объясняет ей, зачем бойцам отряда «Спарта» — это тот самый отряд, которым командует Арсений Павлов, известный по позывному «Моторола», — нужны были клички. «Вот тебя пытают: "Как у тебя зовут командира там?” Они найдут его по фамилии и убьют его или его семью, родственников. А так спросят: "Кто у тебя командир?” Ты говоришь: "Кобра”. — "Кто такой Кобра?” — "Не знаю, кто такой Кобра, он Кобра и все”. Тебя будут бить, пытать, резать, но ты большего не расскажешь». Бабушка понимающе кивает. «А ты, значит, Лето?» — «Я — Лето».

За последний год Игорь и бабушка потеряли сразу двух близких людей: сначала внезапно умерла мать Игоря, дочь Нины Васильевны. Потом — почти сразу — ее муж, дед Игоря. Нина Васильевна теперь почти все время плачет. Рассказы Игоря, кажется, немного отвлекают ее.

На кухне кипит чайник. Нина Васильевна просит постелить новую скатерть и угощает пирожками. Игорь достает коробочку, в которой заботливо уложены куски от снарядов, и объявляет, что сейчас покажет, «из чего они нас убивали». И он демонстрирует осколок от «Града», и бабушка говорит: «Острый какой!», а потом — похожий на тот, которым его ранило. Бабушка удивляется: «Такой огромный?!» И переспрашивает: «В крови, что ли?» Нет, говорит Игорь, это ржавчина. Долго лежал в земле.

Фото: Страница Игоря Гребцова в Facebook c командиром «Спарты» — Мотороллой
Фото: Страница Игоря Гребцова в Facebook c командиром «Спарты» — Мотороллой

«Нам привезли ПТУРщиков, инструкторов, — продолжает внук. — Инструкторов привезли из России. Я не знаю, где их взял Моторолла… Нас обучали два майора. Они приехали по гражданке, обучили и уехали».

Из ПТУР Игорь где-то в конце ноября подбил первый танк. Видео самого боя нет, есть кадры, сделанные телефоном, на которых он бежит вдоль изрешеченного пулями и снарядами бетонного забора, пытаясь найти точку, с которой видна отлетевшая во время взрыва башня танка. И еще одно видео Глеба и Романа Корниловых под названием «Фонд помощи Новороссии в гостях у Моторолы в донецком аэропорту», в котором Игорь рассказывает о том, как он попал в танк. «Начался сильный обстрел, и я поначалу немного обосрался. В дыму ни черта не видать, слышу — наши бабахнули что-то, там пламя. И я на это пламя послал ракету и...» — «И — герой!» — резюмирует оператор.

Бабушке Игорь сообщает и другие подробности.

— Танкисты сгорели заживо. Потом мне ногу приносили.

— Чего? — переспрашивает Нина Васильевна

— Ногу приносили одного из них. Сказали: «Игорек, смотри, как у хохлов ноги воняют». Три дня лежала, разлагалась.

— Ой…

— Да.

— Жалко людей, — говорит бабушка. — Эта война такая бессмысленная, такая не нужная никому.

— Бабуля, так они нас хотели убить, а мы, чтобы остаться в живых, убивали их.

— Конечно, — соглашается Нина Васильевна, — самооборона.

— Вот эти осколки... Пусть бы в нас летели, чем в детишек.

— Да, вот детей жалко. Детей жалко, конечно...

«Плевать, что они думают. Нам нравится называть их фашистами». Исповедь вернувшегося домой бойца «ДНР». Репортаж Марии Эйсмонт

загрузка...
  Голосов:  0  

Комментирование временно отключено. Нашли ошибку — выделите её и нажмите Ctrl+Enter.