Прототипы Т-34 - танки серии А и Д

Источник и вдохновитель: Неизвестный Т-34. Желтов И.  |  Пока нет комментариев
Автор: sharkoster | 25-11-2011 | Бронетехника
 | 9091 просмотр

В начале февраля 1938 г. начальник АБТУ комкор Д.Г.Павлов, выступая на сборах в ВАММ им.Сталина с докладом, посвященном опыту применения танков в боевых действиях в Испании, отмечал, что "...во всей Европе от колесно-гусеничных машин отказались по двум причинам — сложны в производстве, ремонте и восстановлении и не дают особых преимуществ в бою". Справедливости ради необходимо сказать, что дискуссии по вопросу применения универсального колесно-гусеничного движителя были вызваны не столько приверженностью военных к "лихим кавалерийским атакам" на быстроходных танках БТ, сколько ограниченным ресурсом их гусеничного движителя. При обеспечении требуемого ресурса гусеничного движителя свыше 3000 км АБТУ снимало вопрос перед промышленностью об установке на танках колесного хода, но в то время это было еще трудновыполнимым.

Для принятия окончательного решения, какому типу танка отдать предпочтение, в марте 1938 г. на имя Председателя СНК СССР В.М.Молотова от наркома обороны СССР К.Е.Ворошилова поступила докладная записка с предложением о пересмотре постановления НКО № 94 "О типах танков...", в котором, в частности, говорилось: "Танк, предназначенный для действий совместно с пехотой (конницей) и в составе самостоятельных танковых соединений, должен быть один. Для этой цели необходимо разработать два типа танков: один чисто гусеничный и другой — колесно-гусеничный. Всесторонне испытать их в течение 1939 г. и после этого принять на вооружение взамен БТ и Т-26 тот, который будет отвечать всем требованиям". [Ф.4. д. 1974. оп. 14. л. 1]. К докладной записке был приложен проект постановления НКО, в котором в разделе "Разработка новых конструкций танков" предусматривалось: "Создать два опытных образца легких танков: один — чисто гусеничный, вооруженный 45-мм танковой пушкой и спаренным пулеметом с броней [защищающей] от 12,7-мм пуль со всех дистанций, максимальной скоростью 50 — 60 км/ч и весом не более 13 т. Второй — колесно-гусеничный с шестью ведущими колесами с тем же вооружением и броней, скоростью на гусеницах и колесах 50 — 60 км/ч и весом не более 15 тн. Мотор — дизель" . [ф.4. оп. 14. д. 1974. л. 10].

Поскольку на правительственном уровне окончательное принятие решения "О типах танков для вооружения танковых войск" постоянно откладывалось, то руководство АБТУ РККА 13 мая 1938 г. утвердило краткую тактико-техническая характеристику (ТТХ) "гусенично-колесного танка БТ-20". Для обеспечения защиты танка БТ-20 от 12,7-мм бронебойных пуль со всех дистанций щиток механика-водителя должен был иметь толщину 30 мм и располагаться под углом 30°. Верхний лобовой лист должен был располагаться под углом 53° и иметь толщину 20 мм. Броневые листы подбашенной коробки толщиной 20 мм должны были быть наклонены под углом 35° к вертикали. Масса была определена в 16,5 т. — тем самым он из класса легких перешел в класс средних танков, так как в конце 30-х гг. к этой категории относились машины, имевшие боевую массу в пределах от 16 до 35 тонн. Максимальная скорость согласно ТТХ должна была быть не ниже 65 км/ч. Экипаж был увеличен до 4 человек. Состав вооружения претерпел незначительные изменения -из обоих вариантов была исключена установка огнемета.

 Опытный танк А-20. А-20 prototype tank.Опытный танк А-20. А-20 prototype tank.
Опытный танк А-20. А-20 prototype tank.
 Опытный танк А-32. А-32 prototype tank.Опытный танк А-32. А-32 prototype tank.
Опытный танк А-32. А-32 prototype tank.

На основе этих утвержденных начальником АБТУ РККА ТТХ коллектив КБ-24 приступил к работе. В начале сентября 1938 г, разработанные заводом № 183 проект и макет танка БТ-20 были рассмотрены комиссией АБТУ РККА под председательством вое-нинженера 1 -го ранга Я.Л.Сквирского.

В процессе рассмотрения чертежей и макета танка БТ-20 протоколом № СО5562 от 6 сентября 1938 г. комиссия утвердила проект с рядом изменений и предложений:

1. Изготовить один танк колесно-гусеничный с 45-мм пушкой, два танка гусеничных с 76,2-мм пушками и один корпус для обстрела.

2. Боевой вес танка не должен превышать 16,5 т....

4. Разработать и установить круговое наблюдение из башни без оптических приборов.

5. Разработать гидравлический амортизатор в подвеске...

10. Разработать и представить на утверждение установку дымприбора и огнемета.

11. Разработать сервоуправление...

Таким образом, гусенично-колесный танк БТ-20 в металле не изготавливался, а вместо него в октябре 1938 г. завод № 183 предъявил чертежи и макеты двух разработанных согласно предложениям комиссии АБТУ вариантов (колесно-гусеничного и гусеничного) танков, которые были рассмотрены Главным военным советом 9 и 10 декабря 1938 г.

Коллективом КБ-24 к 15 января 1939 г. были выполнены рабочие чертежи корпуса и башни опытного колесно-гусеничного танка А-20 и начата разработка чертежей нового образца чисто гусеничного танка с более мощным вооружением, который первоначально имел заводской индекс А-20Г (Г — гусеничный), а впоследствии ему было присвоено новое обозначение — А-32.

 Общий вид опытного танка А-20. General view of the  			A-20 proto type tankОбщий вид опытного танка А-20. General view of the A-20 proto type tank
 Общий вид опытного танка А-20. General view of the  			A-20 proto type tankОбщий вид опытного танка А-20. General view of the A-20 proto type tank
Общий вид опытного танка А-20. General view of the A-20 proto type tank

27 февраля 1939 г. на заседании Комитета Обороны состоялось обсуждение чертежей и макетов танков А-20 и А-32. В ходе обсуждения представленных главным конструктором завода № 183 М.И.Кошкиным проектов, большинство присутствовавших военачальников, включая и заместителя наркома обороны Кулика, отдали предпочтение проекту танка А-20, обладавшего большей оперативной подвижностью. И в тот момент, когда чаша весов окончательно склонилась в пользу колесногусеничного варианта, М.И.Кошкин, привыкший твердо и до конца отстаивать свои взгляды, в присутствии Генерального секретаря ЦК БКП(б) И.В.Сталина высказал свои сомнения в отношении требований заказчика изготовить в металле лишь один колесно-гусеничный танк и предложил изготовить и представить на государственные испытания две спроектированные заводом № 183 машины - А-20 и А-32.

"Обращаясь к заказчику, И.В.Сталин предложил не стеснять инициативу завода, дать коллективу возможность работать" и разрешить изготовить опытные образцы по обоим представленным проектам. (Малотиражная газета завода № 183 от 27 сентября 1940 г., вышедшая в связи со смертью М.И.Кошкина. Статья "Главный конструктор", написанная Ю.Максаревым, С.Махониным и А.Морозовым).

Постановлением КО при СНК СССР № 45 от 27 февраля 1939 г. разработанные чертежи и макеты танков А-20 и А-32 были окончательно утверждены для производства. Ведущим инженером проектов был А.А.Морозов, а главным конструктором — М.И.Кошкин.

Менее чем за три месяца, уже к 26 мая 1939 г., опытный образец танка А-20 без установки основного оружия был собран, обкатан на стенде и испытан на колесном ходу на территории завода пробным пробегом протяженностью 1 км. В первых числах июня начались заводские испытания этого танка. Во время заводских испытаний максимальная скорость машины на колесном ходу достигала 85 км/ч. Танк свободно двигался по косогору даже при крене 32°. Общий пробег танка во время заводских испытаний, продолжавшихся до 15 июля 1939 г., составил свыше 800 км.

Заводские испытания опытного гусеничного танка А-32 начались в середине июня 1939 г. и продолжались до 16 июля. Во время испытаний танк неоднократно развивал максимальную скорость до 70 км/ч и прошел в общей сложности свыше 350 км. Высокие динамические качества машины позволили представителям военной приемки завода № 183 выдвинуть предложение о возможном усилении ее броневой защиты за счет увеличения толщины брони на 10 мм. Боевая масса танка при этом возрастала до 19,6 т.

Во время заводских испытаний на опытных танках был выявлен ряд недостатков, основными из которых являлись: ненадежное крепление направляющего колеса (ленивца), ненадежная работа системы смазки двигателя, бортовых фрикционов и тормозов, недостаточная обзорность из танка. Кроме того, по танку А-20 была отмечена необходимость усиления подшипников редукторов колесного хода. После устранения указанных дефектов танки были переданы на полигонные испытания.

 Общий вид опытного танка А-32. Geneial view of the  			A-32 prototype tankОбщий вид опытного танка А-32. Geneial view of the A-32 prototype tank
 Общий вид опытного танка А-32. Geneial view of the  			A-32 prototype tankОбщий вид опытного танка А-32. Geneial view of the A-32 prototype tank
Общий вид опытного танка А-32. Geneial view of the A-32 prototype tank

Представленные на полигонные испытания танки А-20 и А-32 представляли собой очередной этап в развитии быстроходных танков серии БТ. В отличие от танка БТ-7 танк А-20 помимо коренного изменения конструкции ряда механизмов и узлов имел два существенных достоинства, резко повысивших его боевые свойства. Во-первых, в трансмиссию танка был введен дополнительный привод на 6 колес, обеспечивающий движение машины на колесном ходу при снятых гусеницах. И, во-вторых, был изготовлен новый корпус, имевший оригинальную форму, позволившую значительно увеличить защищенность машины, по сравнению с танками БТ.

Новая форма корпуса танка А-20, представлявшая собой сочетание наклонно расположенных броневых листов, явилась абсолютно передовым техническим решением в вопросе броневой защиты, позволившим резко повысить защищенность машины от огня противотанковых средств противника. Это удачное решение впоследствии стало общепринятым для подавляющего большинства танков как отечественного, так и зарубежного производства.

Танк А-20 имел классическую схему общей компоновки. Механик-водитель располагался в отделении управления у левого борта. Справа от него находился пулеметчик. В башне слева от пушки размещался командир танка, выполнявший одновременно и функции наводчика орудия. Справа от пушки располагалось рабочее место заряжающего.

Основным вооружением танка являлась 45-мм нарезная танковая пушка, боекомплект которой составлял 152 выстрела. С пушкой был спарен 7,62-мм пулемет ДТ, второй пулемет ДТ располагался в шаровой установке, находившейся в верхнем лобовом листе корпуса. Боекомплект к пулеметам состоял из 2709 патронов, снаряженных в 43 пулеметных дисках.

Для наведения пушки на цель танк был оснащен телескопическим и перископическим прицелами. Башня имела двухскоростной механизм поворота с ручным и электрическим приводами. Для наблюдения за полем боя командир танка имел панораму.

Броня танка защищала экипаж от 12,7-мм пуль крупнокалиберного пулемета. Корпус был сварен из броневых листов толщиной до 20 мм (в носовой части). Броневые листы имели рациональные углы наклона: лобовой — 56°, верхней части борта — 35° и кормовой части — 45°. Башня конической формы в лобовой части имела броню толщиной 25 мм.

Схема бронирования опытного танка А-20. Armor layout  			of the А-20 tank.Схема бронирования опытного танка А-20. Armor layout of the А-20 tank.
Схема бронирования опытного танка А-20. Armor layout of the А-20 tank.

В кормовой части корпуса танка был установлен дизель В-2 мощностью 500 л.с. (370 кВт). Агрегаты и узлы трансмиссии и ходовой части были частично заимствованы у легкого танка БТ-7М.

В состав трансмиссии входили: четырехступенчатая трехходовая коробка передач, два бортовых фрикциона и два однорядных бортовых редуктора.

При движении на колесном ходу передняя пара опорных катков была управляемой, а остальные три — ведущими. Ведущие колеса гусеничного движителя имели гребневое зацепление с гусеницами. Подвеска танка — индивидуальная, пружинная. На гусеничном ходу машина развивала максимальную скорость по грунтовой дороге 57 км/ч.

На танке в нише башни были установлены радиостанция 71-ТК и танковое переговорное устройство ТПУ-2.

Опытный средний танк А-32 по техническим данным и внешнему облику был похож на опытный танк А-20. Однако его вооружение было значительно сильнее — за счет установки 76,2-мм танковой пушки Л-10. Несмотря на то, что масса А-32 всего на одну тонну была больше, чем у А-20, броневая защита А-32 была лучше за счет увеличения толщины бортовых вертикальных броневых листов до 30 мм. Это стало возможным благодаря отсутствию колесного движителя, высвободившаяся масса от которого и позволила усилить бортовую защиту танка. Количество опорных катков из-за возросшей массы машины было увеличено с 8 до 10.

Опытный танк А-32 при боевой массе 19 т развивал максимальную скорость движения по шоссе до 74 км/ч. Емкость топливных баков (462 л) обеспечивала ему запас хода по шоссе до 440 км.

На опытном танке А-32 средства внешней связи отсутствовали. Для общения членов экипажа между собой он был оснащен танковым переговорным устройством ТПУ-2.

15 июня 1939 г. колесно-гусеничный танк А-20 был передан военному представительству АБТУ на войсковые полигонные испытания, а двумя днями позже начались аналогичные испытания и гусеничного танка А-32. Полигонные испытания обеих опытных машин проводились в районе Харькова в период с 18 июля по 23 августа комиссией в составе: председатель — начальник 1-го отдела АБТУ майор Кульчицкий, члены комиссии — главный конструктор завода № 183 Кошкин, представитель АБТУ военный инженер 3-го ранга Горюшкин и военный представитель на заводе № 183 военный инженер 3-го ранга Банков.

 Опытный танк А-20 на испытаниях. А-20 prototype tank  			undergoing testing.Опытный танк А-20 на испытаниях. А-20 prototype tank undergoing testing.
 Опытные танки А-20 (вверху) и А-32 на испытаниях.  			А-20 (lop) and А-32 prototype tank undergoing testing.Опытные танки А-20 (вверху) и А-32 на испытаниях. А-20 (lop) and А-32 prototype tank undergoing testing.
Опытный танк А-20 на испытаниях. А-20 prototype tank undergoing testing. Опытные танки А-20 (вверху) и А-32 на испытаниях. А-20 (lop) and А-32 prototype tank undergoing testing.

За весь период испытаний танки прошли: А-20 — 4500 км, а А-32 — 3000 км и по надежности работы механизмов показали равноценные результаты. В отчете по испытаниям члены комиссии отметили: "танки А-20 и А-32 выполнены хорошо. По своей прочности и надежности выше всех опытных образцов ранее выпущенных танков. Имеют более мощную броневую защиту в сравнении с серийными машинами. Бронедетали корпуса установлены под углом к вертикали, что повышает его снарядостойкость. Танки значительно лучше защищены от поражения гранатами и горючей жидкостью. Проходимость танков выше, чем у БТ". В заключение члены комиссии сделали следующие выводы: "Танки, опытные образцы А-20 и А-32, отвечают ТТТ. Оба пригодны для эксплуатации в условиях РККА. Танк А-32, как имеющий запас по увеличению веса, целесообразно защитить более мощной броней, соответственно повысив прочность отдельных деталей и изменив передаточные отношения. Все отмеченные в отчете недостатки необходимо устранить. Для чего срочно представить в АБТУ перечень работ с указаниями сроков устранения".

По подвижности танк А-20 показал ряд преимуществ перед танком А-32 и подтвердил возможность не только совершать длительные марши на гусеницах или на колесах, но и сохранять тактическую подвижность даже при повреждении одной из гусениц или при выходе из строя одновременно двух опорных катков,

Наряду с этим танк А-20 в сравнении с танком А-32 имел и некоторые недостатки, прежде всего менее мощное вооружение и более слабое бронирование бортов корпуса. Общими же недостатками обеих машин являлись: непроработанность рабочих мест членов экипажа; неудовлетворительная работа бортовых фрикционов; ненадежное крепление направляющего колеса (ленивца); неудобные заправка и слив из баков топлива и масла. (В свое время аналогичным недостаток — "стесненные условия работы экипажа при стрельбе из танка" - был отмечен М.И.Кошкиным и Н.А.Кучеренко в особом мнении комиссии по результатам дополнительных заводских испытаний опытного танка БТ-СВ-2 в феврале 1938 г. Остается непонятным, почему аналогичное компоновочное решение боевого отделения башни танка БТ-СВ-2 было в точности повторено на новой опытной машине.).

По окончании войсковых испытаний на обоих танках был произведен текущий ремонт, после чего 5 сентября 1939 г. они были отправлены на НИБТ полигон в подмосковную Кубинку для показа членам правительства.

По результатам войсковых испытаний и заключению комиссии командование АБТУ в середине сентября 1939 г. решило, что танки А-20 и А-32 заданным тактико-техническим требованиям соответствуют, но так как при испытаниях танка А-32 был выявлен резерв для усиления бронирования корпуса — считать целесообразным усилить броню данной машины до 45 мм и сделать бронирование равнопрочным.

19 сентября 1939 г. наркомат обороны поставил перед правительством вопрос о принятии обоих танков на вооружение РККА и изготовлении на заводе № 183 к 1 декабря 1939 г. опытной партии танков А-32 с 45-мм броней в количестве 10 машин и установочной партии танков А-20 — 10 машин к 1 января 1940 г. До начала выпуска установочной партии на танке А-20 КБ завода № 183 следовало устранить все выявленные дефекты и дополнительно увеличить толщину лобового листа корпуса до 25 мм и днища (в носовой части) — до 15 мм.

На протяжении всей последующей недели на правительственном уровне решалась судьба средних танков А-20 и А-32. Результатом этих бурных обсуждений явился проект Постановления КО при СНК СССР от 25 сентября 1939 г. В нем, в частности, указывалось:

"...Танк А-32 (гусеничный с дизелем), изготовленный заводом № 183 НКСМ, принять на вооружение Красной Армии...

1. Образцы А-32, изготовленные заводом № 183, передать на СТЗ со всеми материалами по испытаниям, чертежами и отдельными разработками.

2 СТЗ к 1.06.40 г. изготовить установочную партию А-32 в количестве 10 шт. с толщиной брони 45 мм и полностью подготовить технологию производства для обеспечения серийного выпуска А-32 с 1.06.40 г.

Годовую программу для СТЗ установить 2500 шт., начиная с 1.06.40 г., оставив на военный год на производстве СТЗ танки Т-26.

3. Вооружение А-32 должно состоять из 76-мм пушки Ф-32, спаренного пулемета, отдельного пулемета у радиста-стрелка и зенитного пулемета" [Ф.4 оп.14д.2222л.36].

Этим же проектом постановления предусматривалось изготовление на Мариупольском заводе им. Ильича для СТЗ деталей бронекорпусов для танков А-32 в количестве 10 комплектов с подачей их до 1 мая 1940 г. по графику СТЗ. Серийное же производство бронекорпусов А-32, начиная с 1 июня 1940 г. должна была производить Красноармейская судостроительная верфь Наркомата судостроительной промышленности (НКСП).

Изготовление среднего колесно-гусеничного танка А-20 проектом постановления предусматривалось организовать на заводе № 183 Наркомата среднего машиностроения (НКСМ). К 1 января 1940 г. завод должен был изготовить 10 машин А-20 установочной партии, а с 1 марта 1940 г. начать их серийный выпуск с годовой программой в 2500 шт. Броневые детали для А-20 предполагалось изготавливать на Мариупольском заводе.

Однако данный проект постановления так и остался лишь проектом. Дело в том, что еще 23 сентября 1939 г. на подмосковном полигоне АБТУ в Кубинке состоялся показ новых танков членам правительства на смотровой площадке в одном ряду с модернизированными машинами БТ-7М и Т-26, опытными тяжелыми танками Т-100, СМК и КВ стояли свежевыкрашенные колесно-гусеничный танк А-20 и схожий с ним гусеничный А-32, которые отличались от остальных машин своеобразной и посвоему красивой формой корпуса и башни.

После ознакомления членов правительства с представленными танками им были продемонстрированы возможности машин по преодолению искусственных и естественных препятствий. Причем во время демонстрации машин в их работе не было обнаружено никаких отказов.

Довольный проведенными испытаниями образцов бронетанкового вооружения, а главное, высокими боевыми качествами опытных танков, нарком обороны Маршал Советского Союза К.Е.Ворошилов объявил благодарность конструкторским коллективам заводов. Результатами испытаний были довольны также и начальник АБТУ Д.Г.Павлов, другие начальники и представители промышленности, среди которых были Н.Н.Алымов, Н.В.Барыков, Ж.Я.Котин, Н.Л.Духов и М.И.Кошкин.

За успешное выполнение правительственного задания по созданию новых образцов средних танков были награждены от АБТУ: орденом Ленина — военный инженер 1-го ранга Б.Н.Коробков; орденом Красной Звезды - военный инженер 1-го ранга Н.Н.Алымов, майор И.Г.Панов и старший лейтенант Н.Ф.Цыганов. На премирование отличившихся рабочих, служащих и ИТР Наркомата среднего машиностроения правительством было выделено 1,5 млн. рублей (в ценах тех лет).

Рапортуя об успехах, наркомы — обороны К.Е.Ворошилов, среднего машиностроения И.А.Лихачев и тяжелого машиностроения В.А.Малышев — 27 ноября 1939 г. направили на имя И.В.Сталина и В.М.Молотова докладную записку, в которой, в частности, сообщали: "...На промышленность в лице НКСМ и НКТМ СССР была возложена задача сконструировать и изготовить новые образцы танков... для Красной Армии.

Тактико-технические требования были составлены НКО, который осуществлял и все техническое руководство строительством машин.

На сегодня созданы следующие машины:

...1) Танк А-20 колесно-гусеничный сконструирован и построен заводом № 183 (НКСМ).

2) Танк А-32 гусеничный сконструирован и построен заводом № 183 (НКСМ).

...Оба танка прошли все заводские и полигонные испытания... Испытания показали, что эти машины являются непревзойденными из всех существующих танков данного типа. Отличаются надежностью и прочностью ходовой части.

На А-32 имеется полная возможность усилить броню до 45 мм без особых переделок, что обеспечит защиту от огня 37-мм бронебойных снарядов" [Ф.4.оп.14д.2222л.83-84].

Необходимость усиления броневой защиты и увеличение огневой мощи средних танков основывалась на проведенном анализе боевых действий и опыте применения танков в боях в Испании. Теоретически было обосновано, что средние танки с противоснарядным бронированием должны были являться танками сопровождения легких танков непосредственной поддержки пехоты. Основной задачей такого среднего танка являлось "подавление противотанковой пушечной обороны на всю ее глубину и тем самым освобождение поля боя для малых танков, в свою очередь, очищающих поле боя от огневых точек, препятствующих продвижению пехоты". (Из Докладной записки главного конструктора завода № 174 Гинсбурга тов. Сталину, Ворошилову и Лихачеву от 13 ноября 1939 г. [Ф.4 оп.14 д.2222 л.60]. Образец чисто гусеничной машины А-32, как отвечающий этим требованиям и имеющий перспективы дальнейшего повышения его боевых свойств, наконец, получил должную оценку заказчика.

Для проверки возможности усиления броневой защиты на заводе № 183 им. Коминтерна в период октябрь — декабрь 1939 г. были проведены заводские испытания догруженного до массы в 24 т опытного танка А-32.

Этот танк (заводской № 03137-7) был собран в опытном цехе "530" по чертежам конструкторского бюро "520" и, за исключением основного вооружения (на втором опытном образце танка А-32 была установлена 45-мм танковая пушка), ничем не отличался от первого опытного образца (№ 0365-3), прошедшего полигонные испытания в июле — августе 1939 г.

Догрузка танка А-32, имевшего массу 17 т, до требуемой боевой массы в 24 т была осуществлена за счет размещения дополнительного груза, установленного на специально приваренных кронштейнах.

 Опытный танк А-32 (догруженный) на испытаниях. А-32  			prototype tank (overloaded) during testing.Опытный танк А-32 (догруженный) на испытаниях. А-32 prototype tank (overloaded) during testing.
Опытный танк А-32 (догруженный) на испытаниях. А-32 prototype tank (overloaded) during testing.

На каждом борту корпуса танка были уложены металлические болванки общей массой 5330 кг. На лобовом листе корпуса размещалось 700 кг балласта. Еще 800 кг груза было закреплено на крыше башни танка.

За время испытаний догруженный таким способом танк прошел 1534 км со средней скоростью 28,2 км/ч. В зависимости от дорожно-грунтовых условий запаса топлива хватало на 235 - 333 км.

В отчете № 086 по испытаниям танка, утвержденном 18 декабря 1939 г. директором завода Ю.Е.Максаревым, было отмечено: "Испытания догруженного танка А-32 прошли удовлетворительно".

Полученный результат позволил в пределах отведенной массы увеличить толщину броневых листов танка А-32 до 45 мм и, тем самым, обеспечить его защиту от огня противотанковых пушек калибра 37 мм и 45 мм.

19 декабря 1939 г. состоялось заседание Комитета обороны, на котором было принято поистине историческое постановление № 443 "О принятии на вооружение РККА танков, бронемашин, артиллерийских тягачей и о производстве их в 1940 г.".

В этом постановлении, в частности, отмечалось: "На основании просмотра и результатов испытаний новых образцов танков, бронемашин и тракторов, изготовленных в соответствии с постановлениями Комитета Обороны за № 198сс от 7 июля 1938 г. и 118сс от 15 мая 1939 г.

КОМИТЕТ ОБОРОНЫ при СНК Союза ССР ПОСТАНОВЛЯЕТ: 1. Принять на вооружение РККА: ... II. Танк Т-32 - гусеничный, с дизельмотором В-2, изготовленный заводом № 183 Наркомсреднемаша, со следующими изменениями:

а) увеличить толщину основных бронелистов до 45 мм;

б) улучшить обзорность из танка;

в) установить на танк Т-32 следующее вооружение:

1) пушку Ф-32 калибра 76-мм, спаренную с пулеметом калибра 7,62 мм;

2) отдельный пулемет у радиста — калибра 7,62 мм;

3) отдельный пулемет калибра 7,62 мм;

4) зенитный пулемет калибра 7,62 мм.

Присвоить название указанному танку Т-34...".

В отличие от существующей ныне практики, когда принятие на вооружение образца вооружения и военной техники является завершающим этапом длительного процесса — государственных испытаний, постановки на производство, войсковых испытаний и устранения всех выявленных недостатков, что говорит о том, что все участники свою работу сделали и могут получать причитающееся им вознаграждение, — Т-34 был принят на вооружение без проведения вышеуказанных мероприятий. Этот преждевременный шаг по принятию на вооружение еще "сырой" машины практически снял ответственность с промышленности и ограничил возможности заказчика требовать устранения недостатков конструкции среднего танка Т-34, выявленных позже.

Данным постановлением, кроме того, предусматривалось к 15 января 1940 г. на заводе № 183 изготовить два опытных образца танка Т-34, а установочную партию (10 машин) — к 15 сентября 1940 г. Всего же к концу 1940 г. завод № 183 должен был выпустить не менее 200 средних танков Т-34. Полностью переход завода № 183 на производство танка Т-34 предполагалось осуществить в 1942 г. На СТЗ надлежало создать производственные мощности для выпуска 2000 танков Т-34 и год. В 1940 г. СТЗ должен был выпустить 20 танков, а в 1941 г. — уже 1000 танков. К началу 1942 г. на СТЗ планировалось создать производственные мощности с годовой программой выпуска 2000 танков с учетом прекращения всех работ по подготовке серийного производства легкого танка Т-26.

Этим же постановлением на вооружение были приняты дизель В-2 мощностью 450 л.с. (331 кВт), изготовленный заводом № 75 Наркомсредмаша, а также танки КВ, БТ-7М и Т-40, тягач "Ворошиловец", тракторы СТ-2 и СТЗ-5, бронемашина БА-11, автомобили ГАЗ-61 и ЗИС-5 с двумя ведущими мостами и прекращено производство первой малолитражки. Как видно, постановление имело принципиальное значение не только в истории создания танка Т-34, но и в оснащении РККА новыми образцами вооружения и военной техники.

Несмотря на крайне сжатые сроки, определенные постановлением, первый опытный образец танка Т-34 (А-34) был собран вовремя и уже 16 января 1940 г. был предъявлен ОТК завода для проведения заводских испытаний. В начале февраля был собран второй опытный образец, отличавшийся от первого в основном конструкцией люка механика-водителя. В изготовленные заводом № 183 опытные образцы танка А-34 были внесены улучшения, устранившие недостатки, отмеченные во время испытаний опытных образцов танков А-20 и А-32. В качестве основного вооружения на танках были установлены 76,2-мм танковые пушки Л-11 производства Кировского завода.

Боевая масса обеих машин по сравнению с массой танка А-32 возросла на 5,5 т, что привело к снижению его максимальной скорости до 54 км/ч. Габаритные размеры танка Т-34 изменились незначительно. На 304 мм увеличилась длина танка и на 450 мм — его ширина. Высота боевой машины была уменьшена всего на 6 мм.

 Танк А-34 (1-й опытный образец). А-34 tank (1st  			Piototype Model)Танк А-34 (1-й опытный образец). А-34 tank (1st Piototype Model)
 Танк А-34 (1-й опытный образец). А-34 tank (1st  			Piototype Model)Танк А-34 (1-й опытный образец). А-34 tank (1st Piototype Model)
Танк А-34 (1-й опытный образец). А-34 tank (1st Piototype Model)

10 февраля 1940 г. завод № 183 предъявил комиссии под председательством полковника В.Н.Черняева на войсковые испытания два первых танка А-34, которые в период февраля — марта 1940 г. прошли испытательный пробег сначала в районе Харькова, а затем по маршруту Харьков-Москва и обратно. В историческом пробеге Харьков — Москва, начавшемся 5 марта 1940 г., принял непосредственное участие главный конструктор М.И.Кошкин. При прибытии танков в Москву в середине марта на заводе № 37 на обеих машинах было проведено техническое обслуживание, после чего они были доставле-ны в Кремль, где 17 марта состоялся их показ членам правительства.

Дальнейшие испытания обеих машин продолжились на НИБТ полигоне АБТУ РККА. О важности испытаний и серьезном отношении руководства АБТУ к опытным машинам говорит тот факт, что уже 24 марта 1940 г. на испытания прибыл его начальник комкор Д.Г.Павлов. В его присутствии танки были проверены на проходимость и маневренность по глубокому снегу, а также была проверена снарядная стойкость брони.

В ходе испытаний танки преодолевали подъемы крутизной 15— 160 со снежным покровом глубиной до 1.5 м (при погружении машин в снег на глубину до 400 мм). При этом были отмечены низкие сцепные качества гусеницы с грунтом, что потребовало разработки дополнительных шпор. При преодолении лесных массивов танки продолжали движение по мелколесью с диаметром деревьев до 300 мм. Силой удара танки А-34 ломали отдельно стоящие сосны диаметром до 700 мм.

Обстрел бортов корпуса и башни танка А-34 № 2 с дистанции 100 м из английской длинноствольной 37-мм мушки двумя бронебойными снарядами никакого воздействии на танк не произвел — снаряды отскочили от брони, оставив лишь вмятины глубиной до 10 мм. При обстреле башни из отечественной 45-мм пушки двумя бронебойными снарядами с этой же дистанции было обнаружено разрушение стекол и зеркал смотровых приборов башни, отрыв налобника на прицеле, а также нарушение сварного шва по контуру бронировки смотровых приборов и у днища ниши башни. В результате деформации погона произошло заедание башни. Посаженный в танк манекен остался цел, а заведенный в танке перед обстрелом двигатель продолжал устойчиво работать. После обстрела танк преодолел участок с глубоким снегом и незамерзающий болотистый ручей. На основании результатов обстрела было принято решение увеличить толщину днища ниши башни с 15 мм до 20 мм и усилить болты крепления кормового люка башни.

При испытании герметичности корпуса танка от проникновения горищей жидкости были получены лучшие, по сравнению с другими танками, состоявшими в то время на вооружении РККА, результаты, однако еще не полностью отвечавшие предъявляемым требованиям из-за недостаточной герметичности погона башни, люков и смотровых приборов. Заводу № 183 было рекомендовано разработать дополнительную защиту расположенных над радиаторами карманов.

В заключение, по испытаниям было отмечено, что оба танка завода № 183 соответствуют предъявленным требованиям и превосходят существующие и состоящие на вооружении РККА танки. Но без устранения отмеченных недостатков (всего было отмечено 86 пунктов) танк Т-34 (А-34) не мог быть запущен в серийное производство.

За время пробега каждый из танков прошел свыше 2800 км со средней скоростью 25-34 км/ч по шоссе и 13-14 км/ч — по целине. Заправка топлива и масла обеспечивала одиночной машине запас хода до 200 км по целине и до 400 км по шоссе, что было признано вполне достаточным.

Члены комиссии особо отметили, что установленный на танке дизель В-2 не обеспечивал обещанного заводом гарантийного ресурса (100 моточасов), который, кстати, и так не был достаточен для эксплуатации боевых машин в войсках.

В ходе пробега выяснилось, что эргономика рабочих мест членов экипажа оказалась не до конца проработанной. Так, механик-водитель имел слишком ограниченную видимость через смотровые приборы, ему было неудобно пользоваться рычагами управления бортовыми фрикционами и недалью подачи топлива; стрелок-радист испытывал некоторую стесненность из-за размещения боеукладки в нише борта; командир танка также испытывал стесненность и сидя имел неустойчивое положение, прибор кругового обзора не обеспечивал ему достаточного обзора, а сам прибор не был защищен от поражения. Усилие на рычагах управления бортовыми фрикционами было вполне приемлемо — 7 кгс и обеспечивало легкость управления танком (в случае отказа сервоуправления это усилие увеличивалось примерно в 9 раз и составляло 60 кгс). Приводы управления танком на всем протяжении испытаний работали надежно.

Комиссия рекомендовала перенести радиостанцию 7І-ТК-3 из ниши башни в носовую часть корпуса танка и поставить вопрос перед представителями промышленности о ее замене на меньшую по размерам.

При проведении технического обслуживания на заправку топливом уходило до 70 минут из-за наличия всего лишь двух заправочных горловин, к тому же еще и смещенных по отношению к отверстию в броневом листе. В эксплуатации топливные баки из-за подтекания дизельного топлива оказались ненадежными. Обслуживание агрегатов трансмиссии занимало много времени (до 1,5 часов) и производилось слишком часто (через каждые 750 - 1000 км пробега), а главный фрикцион вообще после каждых 250 — 300 км пробега требовал смазки. Обслуживание ходовой части необходимо было производить не реже чем через каждые 1000 км, на что уходило до 3,5 часов рабочего времени.

танк А-34танк А-34
Танк А-34 (2-й опытный образец). А-34 tank (2nd Prototype Model)

Не дожидаясь окончания войсковых испытаний, начальник Главного управления специального машиностроения НKCM Суренян и начальник АБТУ РККА командарм 2-го ранга Павлов в марте 1940 г. издали в дополнение к приказу П-1 от 7 января 1940 г. совместный приказ № П-12/016сс о немедленном pазвертывании серийного производства танка Т-34, в котором, в частности, указывалось:

" 1. Для ускорения запуска в серию машины А-34 на заводе № 183 немедленно развернуть подготовку к серийному производству машины А-34, по мере окончания [отработки] технологии и [изготовления] приспособлений запустить в производство до-тали и агрегаты, не дожидаясь окончания и заключения но войсковым испытаниям.

Танк Д-34 (1-й опытный образец)Танк Д-34 (1-й опытный образец) 
Танк Д-34 (1-й опытный образец) во время испытаний на НИБТ полигоне. А-34 {1st Prototype Model) undergoing testing at the NIBT Range.
 Танк А-34 (2-й опытный образец)Танк А-34 (2-й опытный образец)
В-С. Танк А-34 (2-й опытный образец) во время проверки на герметичность от проникновения горящей зажигательной смеси.
В-С. The А-34 (2nd Prototype Model) during checks for hermetic sealing from penetration of burning incendiary mixtures.

2 Эталоном серийной партии машин 1940 г. считать образцы, выпущенные заводом с внесением дополнительных изменений, согласно заключению комиссии по войсковым испытаниям.

3. Чертежи утвердить сразу после определения годности узлов машины, но не позднее 7.04.1940 г."

Утром 31 марта 1940 г. состоялся осмотр первого опытного образца танка А-34 представителями НКО и НКСМ, на котором присутствовали нарком обороны К.Е.Ворошилов, заместитель НКО Г.И. Кулик, начальник АБТУ Д.Г.Павлов, нарком СМ И.А.Лихачев, заместитель НКСМ А.А.Горегляд, главный конструктор завода № 183 и машины А-34 М.И.Кошкин.

На состоявшемся после осмотра танка совещании вышеупомянутые представители НКО и НКСМ согласно протоколу № 848 от 31 марта 1940 г. постановили:

"1. Танк Т-34... рекомендовать для немедленной постановки на производство заводов № 183 и СТЗ.

2. Считать необходимым при изготовлении в серийном производстве, предусмотреть увеличение помещения внутри башни с целью более удобного размещения командного и обслуживающего артиллерийскую систему персонала. Увеличить помещение внутри башни, не допуская изменения угла на клона образующих листов башни танка, корпуса танка и диаметра погона башни. Рацию разместить вне башни.

3. Поручить Государственной Комиссии по испытанию танка в пятидневный срок утвердить чертежи танка Т-34 для производства в 1940 г.". [Ф.4 оп.14д.2831 л.17]

Окончательным этапом войсковых испытаний танков Т-34 стало их возвращение своим ходом в Харьков в начале апреля 1940 г. Вместе с машинами в Харьков вернулся и М.И.Кошкин, который в пути тяжело заболел воспалением легких.

 А. Следы обстрела башни танка А-34 37 и 45-мм снарядами. A.  			Gouges in the A-34's turret from 37mm and 45mm shell strikes.А. Следы обстрела башни танка А-34 37 и 45-мм снарядами. A. Gouges in the A-34's turret from 37mm and 45mm shell strikes. Танк А-34 (2-й опытный образец) преодолевает ручей. The A-34  			(2nd Prototype Model) negotiates a stream.Танк А-34 (2-й опытный образец) преодолевает ручей. The A-34 (2nd Prototype Model) negotiates a stream.
А. Следы обстрела башни танка А-34 37 и 45-мм снарядами. A. Gouges in the A-34's turret from 37mm and 45mm shell strikes. Танк А-34 (2-й опытный образец) преодолевает ручей. The A-34 (2nd Prototype Model) negotiates a stream.

По окончании войсковых испытаний двух опытных танков А-34 командование АБТУ представило на утверждение наркому обороны СССР С.К.Тимошенко (сменившему Ворошилова) отчет о войсковых испытаниях танков А-34 и перечень решений по совершенствованию нового танка. Начальник АБТУ Павлов просил наркома обороны утвердить:

"1. Решение о расширении башни на 160 мм без переделки диаметра погона и увеличения высоты башни и корпуса.

2. Установку радиостанции перенести в переднюю часть корпуса из башни.

3. В первых числах июля сего года заводу № 183 изготовить опытную партию (10 шт.) танков Т-34 по чертежам опытного образца для тщательной отработки технологии к серийному производству.

...Разрешение заводам Мариупольскому и № 183 на изготовление еще 10 танков Т-34 по чертежам опытного образца для тщательной отработки технологии к серийному выпуску".

Утвержденный НКО СССР перечень решений был отправлен наркому СМ И.А.Лихачеву. Дополнительно в этом перечне указывалось на необходимость установки новых смотровых приборов — за счет применения металлических зеркал и триплекса, а также содержалась настоятельная просьба начальника АБТУ Павлова о выпуске на заводе № 183 в 1940 г. не менее 500 танков Т-34.

Поскольку на момент утверждения вышеупомянутого "Отчета о войсковых испытаниях..." было изготовлено только два экземпляра танка Т-34, завод № 183 столкнулся с большими проблемами при постановке на производство этой новой, во многом еще недоработанной, машины. И все же такой шаг был совершенно оправдан и позволял заводу быстрее наладить серийное производство, хотя и вел к излишним затратам при устранении недостатков в уже выпущенных машинах.

Параллельно с развертыванием и освоением заводом № 183 технологии изготовления танка Т-34 КБ по результатам испытаний осуществляло доработку конструкторской документации и ее согласование с заводами-поставщиками комплектующих, Отдельные разработанные КБ узлы и агрегаты машины не отвечали производственным возможностям заводов-смежников.

 Танк А-34 (2-й опытный образец)Танк А-34 (2-й опытный образец) А-34  			(2nd Prototype Model)А-34 (2nd Prototype Model)
Танк А-34 (2-й опытный образец) во время испытаний на НИБТ полигоне валит дерево диаметром 600 мм. The А-34 (2nd Prototype Model) undergoing testing in knocking down a tree 600mm in diameter at the NIBT Range

В частности, серьезные разногласия по конструкции бронедеталей корпуса и башни возникли с Мариупольским заводом им. Ильича, до предела загруженным выполнением кораблестроительной программы. Спроектированная конструкция корпуса и башни из-за применения большого количества деталей, изготавливаемых горячей гибкой на специальных прессах, была излишне сложной и нетехнологичной. Причем все кромки деталей броне-корпуса обрабатывались на металлорежущих станках. Особенно большие споры вызывала конструкция носовой части корпуса танка.

Дело в том, что лобовая часть корпуса первых двух танков А-34 была сделана из одного броневого листа, согнутого "на горячую" на специальном 100-тысячетонном прессе, задействованном в основном для изготовления корабельных бронелистов. Технология производства носовой части корпуса была достаточно сложной. Так, броневой лист на первом этапе подвергался термическому отпуску, затем его нагревали, гнули, правили, шлифовали, механически обрабатывали торцы и, наконец, снова подвергали термообработке. Естественно, что при таком сложном технологическом процессе изготовления была высока вероятность брака. (При изготовлении первых двух танков А-34 на технологическую отладку было израсходовано восемь дорогостоящих заготовок.) При термообработке заготовки коробились, в структуре металла во время изгиба появлялись трещины, а большие размеры затрудняли процесс окончательной правки броневого листа носовой части корпуса.

Для упрощения технологии производства, с целью исключить сложную горячую гибку, инженеры Мариупольского завода предложили изготавливать носовую часть корпуса не из одной, а из трех деталей; верхнего и нижнего лобовых листов и соединительной балки, через которую и осуществлялась стыковка листов. Но это вполне рациональное предложение из-за увеличения массы машины на 100 кг встретило возражение со стороны КБ завода № 183.

Противоречия были разрешены в мае 1940 г. на совместном совещании представителей обоих заводов в присутствии заместителя председателя Госплана СССР Сабурова. На этом совещании было принято решение о введении в производство носовой балки.

Уже к концу мая 1940 г. на заводе № 183 в корпусном цехе "700" были изготовлены 4 первых корпуса для машин опытной серии, причем один из этих корпусов был отправлен на СТЗ. В первых числах мая на СТЗ была отправлена и первая сваренная на заводе № 183 башня.

Сборка первых 10 машин осуществлялась на опытной базе в отделе "500". Как следует из доклада старшего военного представителя ХПЗ Козырева в АБТУ от 12 июня 1940 г., сборку 20 машин А-34 в июле завод также планировал производить в отделе "500" "по старой технологии. Мотивировалось это неготовностью оснастки, тем, что в отделе " 100" идет сборка серийных А-7, и [завод] намечает постройку дополнительной конвейерной ленты в отделе "100", для сборки А-34.

"...Считаю такое решение директора завода ХПЗ тов.Маскарева принципиально неверным и прошу добиться его немедленной отмены... [так как] на постройку дополнительной ленты необходимо 2 — 3 месяца.

Считаю необходимым сборку машин А-34 начинать с программы Июля месяца, производить на старом конвейере отдела "100" без особой реконструкции, только расширив колею конвейера, одновременно со сборкой А-7М.

Для обеспечения выпуска программы по А-34 снизить основную программу по А-7м с 380 до 230 машин...

Для реализации Постановления Правительства и ЦК ВКП(б) по выпуску танков Т-34 необходимо принять чрезвычайные меры в деле организации производства на заводе № 183 и на кооперируемых заводах.

Состояние производства на 10.06.40 г.

I) Чертежами и временными ТУ все производственные участки будут обеспечены к 12-15 июня.

II) Разработка технологических процессов заканчивается. Идет изготовление штампов и оснастки приблизительно 1000 наименований.

Уже разработано 537 наименований, сделано 250.

Основной недостаток — отсутствие инструментальных сталей.

III) К 20.06. планируется закончить установку 2-х стендов для сварки корпусов Т-34.

IV) [На] Сегодня заводом изготовлено 5 корпусов и одна башня, из них один комплект был послан СТЗ, остальные корпуса и башни будут готовы в конце июня.

Сборку машин Т-34 могут задержать: гусеница, грузошина, радиаторы, вентиляторы, стекла "триплекс" и зеркалки, стартеры, спаренная шаровая установка и др."

Кроме того, в своем донесении старший военпред Козырев обратился с просьбой к начальнику 4го отдела АБТУ КА Алымову о том, что "необходимо:

а) немедленно наладить производство по выпуску стартеров;

б) ускорить отливку более крупной партии траков из стали Гатфильда на СТЗ;

в) ускорить высылку на завод № 183 спаренной шаровой установки (ШАУ);

г) заводу "Красный Треугольник" немедленно отгрузить необходимое количество грузошин на первые 10 машин;

д) необходимо добиться планомерного снабжения завода № 183 листовой сталью 30ХМА для лопаток вентилятора — в настоящее время ее на заводе нет".

В заключении донесения Козырев указал, что "со стороны ВП приняты [следующие] меры:

а) выделены работники ВП для контроля проведения в сроки капитального строительства и реконструкции цехов, тех[нологических] процессов, приспособлений, инструмента, технической] документации, обеспечения по линии снабжения и кооперации с др. заводами...

в) военпредам кооперирующих заводов посланы телеграммы об ускорении отгрузки необходимых деталей ("Кр.Треугольник", СТЗ и АТЭ)".

Несмотря на жесткий прессинг со стороны АБТУ КА, заводу № 183 из-за неритмичной работы поставщиков комплектующих (большинство из которых также только осваивали новую продукцию) в июне 1940 г. удалось собрать лишь 4 из 10 запланированных машин. Причем только 23 июня 1940 г. на двух первых собранных танках были запущены двигатели для проверки результатов сборки. Осуществить пробный пробег в этот день не удалось, так как лишь 27 июня с СТЗ были отправлены первые 6 комплектов гусениц, а 28 июня с московского завода АТЭ самолетом были отправлены 5 стартеров, кстати, оказавшихся негодными вследствие недоработанной конструкции.

 Танк А-34 (2-й опытный образец)Танк А-34 (2-й опытный образец) Танк А-34 (2-й опытный образец)Танк А-34 (2-й опытный образец)
Танк А-34 (2-й опытный образец) во время испытаний на НИБТ полигоне. The А-34 (2nd Prototype Model) undergoing testing at the NIBT Range. Танк Т-34 (5-й по счету) № 811-78 The 5th series produced T-34 medium tank №81178.

Всего в сборочном цехе отдела "500" на 23 июня находилось 5 машин. Сборка остальных машин опытной серии задерживалась вследствие отсутствия корпусов и башен, изготовление которых на заводе № 183 не велось, поскольку сварщики были заняты на производстве танков БТ-7М, а директор завода Максарев, несмотря на неоднократные требования представителей ВП, запрещал их переброску на работы по изготовлению танков Т-34 вплоть до 25 июня. За оставшиеся до конца месяца 5 суток корпусному отделу "700" удалось изготовить лишь 5 корпусов и, к сожалению, не было сделано ни одной башни, хотя с Мариупольского завода к тому времени уже было получено 16 комплектов бронедеталей, предназначенных для изготовления корпусов и башен нового танка.

На начальном этапе хуже всего с производством комплектующих для танка Т-34 обстояли дела на СТЗ. Завод не изготовил ни одного из 90 наименований заготовок и деталей к 1 июля 1940 г. По состоянию на 25 июня с СТЗ на завод № 183 багажом было отправлено лишь 200 из 11 100 предусмотренных планом траков. Задержка изготовления траков на СТЗ объяснялась применением ручной формовки при литье.


загрузка...
  Голосов:  2  

Комментирование временно отключено. Нашли ошибку — выделите её и нажмите Ctrl+Enter.